Тилль Линдеманн рассуждает о треках Skills in Pills

07.07.2015

Тилль Линдеманн рассуждает про Skills in Pills

 

Maniacs (название ресурса) недавно поболтали с Тиллем Линдеманном о каждом треке его нового диска Skills in Pills. Ни о каких бабочках и цветочках речь не шла. Название альбома все предопределяет – «Навыки в таблетках».

 

Репортер: Сегодня я бы хотел обсудить с вами эту запись и поговорить про каждый трек в отдельности, чтобы ты объяснил фанам значение некоторых песен или сказал, что вдохновило тебя на написание, или рассказал каким образом записывались эти треки. В общем, такая интересная информация из-за кулис, которой ты бы мог с нами поделиться.

 

Тилль: Окей. Думаю, мы можем начать с того, что я дам короткую характеристику каждой песни. Skills in Pills базируется на моем опыте, который был получен в Восточной Германии, когда мы не могли достать наркоту и начали смешивать таблетки разных типов и в разных комбинациях с водкой, создавая такой коктейль, который просто сносит крышу. Ты должен был это уметь, должен был обладать определенными навыками, иначе ты просто уснешь или даже умрешь, могли случиться плохие вещи. У нас вообще не было наркотиков, таблетки были их заменой.

 

Репортер: Это жесть, чувак! Если бы ты описал так каждую из песен, я уверен – людям было бы очень интересно.

 

Тилль: Так много мнений возникает, когда люди обсуждают эти треки. Формируется мнение по поводу лейбла, по поводу слов и того, как они приходят. Таблетки могут помочь вам во всем, вы даже можете не питаться – найдите таблетку-заменитель. Теперь существуют таблетки для всего на свете, но основной идеей было создать песню, которая будет напоминать о былых временах на фоне того, что в наши дни ты легко можешь достать все что угодно. С таблеточкой все легче, все прогрессивнее.

 

Репортер: Окей, а что ты скажешь по поводу второго трека, Ladyboy?

 

Тилль: Я отдыхал в Таиланде, и в Бангкоке была такая маленькая улочка, которая произвела на меня сильное впечатление: я видел, как трансвеститы питали отвращение ко всем этим понаехавшим американцам, когда большие толстые люди снимают женомальчиков, это выглядело… ну вы поняли. Писать об этом – что-то совершенно иное, но кто я такой, чтобы судить этих людей. Я превратил это в такую песню для вечеринок, оставив лишь то, чем я действительно восхищаюсь.

 

Репортер: Что сможешь рассказать про третью песню, Fat?

 

Тилль: Она про тощих мужей, которые откармливают своих жен.

 

Репортер: Я их никогда не видел, но часто слышал о таком!

 

Тилль: В Интернете посмотри, хотя там и смотреть нечего. Люди думают, что это какой-то экстремальный фетиш. Можешь посмотреть и сформировать свое мнение. В любом случае, это очень и очень странно.

 

Репортер: А что конкретно тебя вдохновило на написание этой песни?

 

Тилль: Она показывает, как далеко может зайти любовь. Тут все песни про любовь. Эти ребята любят своих жен, они их кормят, лечат, моют и делают за них всю женскую работу, а девушки просто лежат на кровати и становятся все жирнее и жирнее. Странно все это…

 

Репортер: Идем дальше. Трек № 4, Fish On.

 

Тилль: Я люблю рыбачить и всегда любил это делать. Это история про парня, который в ночное время идет «ловить» девушек. Просто еще одна прикольная песня.

 

Репортер: Ты сказал, что любишь рыбачить. Можешь поделиться своими секретными рыбацкими уловками?

 

Тилль: Если я скажу тебе, они перестанут быть секретными! (Смеется).

 

Репортер: (смеется) Ладно, про что же Children of the Sun?

 

Тилль: Всем знакомо это ощущение, когда ты сидишь на пляже и наслаждаешься закатом солнца, но он происходит быстрее, чем тебе этого хотелось. Ты хочешь наслаждаться моментом еще и еще, но не в силах остановить солнце, и оно уходит. Было бы замечательно остановить это мгновенье, но у нас нет такой возможности. Солнце ушло, а ты должен продолжать жить. Не можешь насладиться моментом из-за стресса, спровоцированного тем, что знаешь – солнце и так уйдет, а ты никогда не успеешь им насладиться, и так раз за разом, снова и снова…

 

Репортер: Я думаю, ты хочешь сказать, что мы начинаем по-настоящему наслаждаться чем-то только тогда, когда оно исчезнет, уйдет.

 

Тилль: Именно!

 

Репортер: Что скажешь про Home Sweet Home?

 

Тилль: Это песня про рак… он случается со многими. Все знают, что кто-то вскоре потеряет или уже потерял любимого человека. В наши дни, все в большей или меньшей степени осведомлены о раке.

 

Репортер: Это очень серьезная тема, что же вдохновило вас написать о таком?

 

Тилль: Мой отец умер от рака, так что… я хотел этим поделиться.

 

Репортер: Да… Расскажи про песню Cowboy.

 

Тилль: Когда Петер скинул мне инструментал, он состоял лишь из барабанной партии. Не помню точно, как я дошел до этой идеи с лошадью, но именно верховую езду мне напоминал ритм песни. Этот ритм стучал у меня в голове, задел меня за живое. И тут мне пришла мысль сделать все в ковбойском антураже. Это то, что я помню. Когда речь заходит о ковбоях, их можно легко сравнить с байкерами – все хотят быть крутыми парнями и горячими штучками. Но, в конце концов, мы все становимся старыми…

 

Репортер: Вам нравятся ковбойские фильмы?

 

Тилль: Нет. Я же вырос в Восточной Германии, у нас был иной политический вектор. Мы всегда были за индейцев. Индейцы – коренные жители Америки, их использовали и загоняли в резервации, поэтому ковбои – плохие. Мы видели это в фильмах, которые всегда были проиндейские, ведь они несчастный народ, а ковбои – плохие люди. Вот так мы и росли.

 

Репортер: Интересно, ведь когда я был маленьким, нам все говорили по-другому, мы были за ковбоев.

 

Тилль: Да-да, конечно, у вас индейцы всегда плохие, они приходят в лагерь, всех убивают и снимают с людей скальпы, они очень брутальные и жестокие, а нам говорили, что индейцы хорошие. Но на самом правда в том, что ковбои пришли и убили большинство индейцев.

 

Репортер: Следующий трек говорит сам за себя, но есть ли что-то особое, что вы можете рассказать нам про Golden Shower?

 

Тилль: Мы можем пропустить эту песню (смеется)?

 

Репортер: (смеется) Конечно, если ты так хочешь.

 

Тилль: Просто посмотри в Интернете, там много материала по этой теме… давай дальше!

 

Репортер: Что расскажешь про Yukon?

 

Тилль: Мы с моим хорошим другом сплавлялись на каноэ по южной Канаде, пересекали границу Аляски и плыли как раз по Юкону прошлым летом. Это был замечательный опыт для меня. Мы были где-то в глуши, если бы что-то случилось, нам никто бы не помог, да мы бы умерли за несколько секунд. Было опасно и очень, очень захватывающе, я так хотел написать об этом.

 

Репортер: Замечательно. Так как часто ты сплавляешься на каноэ и отдыхаешь на природе?

 

Тилль: Там, где я вырос, есть много речек, озер и всего такого. Да, я часто занимаюсь каноэ в летнее время, но я не заядлый спортсмен, ничуть.

 

Репортер: Круто. Последний трек – Praise Abort. Расскажи о нем.

 

Тилль: У нас есть один хороший друг семьи, у него 7 детей. Он зарабатывает неплохие деньги, но ему постоянно не хватает, потому что все идет на детей. Когда ты пишешь песню, тебе надо найти или цепляющую строчку, или хороший припев. Ты копаешь в словах, фразах, этих «зацепках». Круто звучит «ХВАЛА ЛОРДУ». Хвала лорду, хвала лорду… хвала АБОРТУ! На этом мы и остановились.

 

Репортер: Понятно. Теперь, когда мы разобрали все треки, есть ли что-то такое, что ты бы хотел сказать про этот альбом и впечатление от него?

 

Тилль: Ты забыл про бонусный трек. Теперь, когда мы уже все записали, мы можем обсудить и его!

 

Репортер: Точно, давай поговорим про бонусный трек.

 

Тилль: Это история первой любви под фортепиано и с таким ледяным голосом, история про девушку, которая не пускала любовь в свое заледенелое сердце. Все очень просто. Она – холодная как лед сучка, она никому не даст войти, а этот парень сидит напротив и вымаливает любовь. Песня очень похожа на… эти старомодные песни про влюбленных.

 

Репортер: А было ли что-то особенное в вашей жизни, что вдохновило вас на написание этой песни.

 

Тилль: Нет (смеется).

 

Репортер: Ты упоминал, что при написании этого альбома много времени уделял грамматике. Как думаешь, помогла ли эта запись улучшить твой уровень английского?

 

Тилль: Да, конечно. Я садился и окружал себя кучей словарей и английских рифм. Я потратил на это много времени, но игра стоила свеч. В конце концов, записать альбом полностью на английском – не такое уж и плохое достижение для выходца из Восточной Германии.

 

Репортер: Будешь ли ты писать материал на английском в будущем?

 

Тилль: Очень хотелось бы. В сентябре я возвращаюсь к Rammstein и мы начнем пре-продакшн нового альбома, и я не знаю, смогу ли найти время для этого проекта, но, наверное, в перерывах между записями я могу ускользнуть, чтобы сделать что-то с Петером на английском.

 

Репортер: Круто, когда ты можешь работать в своем, удобном темпе. Можешь остановиться и посмотреть, что и как лучше сделать.

 

Тилль: Определенно!

 

Репортер: Мы так много всего обсудили, не хочешь ли сказать то-то австралийским фанатам?

 

Тилль: Нам бы хотелось сыграть в живую, возможно, что это произойдет на фестивале SoundWave в январе, но мы все еще ничего точно не знаем. Мне надо хорошенько посмотреть на мои планы с Rammstein, ведь отправиться в тур так же сложно, как и записать альбом. Это другая сторона одной монеты. И я себе пока что вообще не представляю, как все будет происходить!

 

Репортер: Спасибо тебе большое, это отличное интервью и фанаты точно заинтересуются тем, что ты нам рассказал.

 

Тилль: И тебе спасибо!

 

Обсудить интервью можно на форуме:
http://forum.seidbereit.ru/index.php?showtopic=4921